Большеохтинское кладбище
ИЗ ИСТОРИИ БОЛЬШЕОХТИНСКОГО КЛАДБИЩА
 
По указу Петра I в 1721 г. близ устья Охты были поселены вольные плотники, собранные из разных губерний для работы на петербургских верфях. Здесь, на окраине города, они образовали своеобразный замкнутый мир крестьянских поселений. Едва успев освоиться с новыми условиями жизни, плотники озаботились постройкой на Охте приходского храма.
По указу Синода от 3 сентября 1722 г. на берегу речки Чернавки (приток Охты) отвели землю для постройки церкви, а в 1725 г. церковь была построена (проект И. Потемкин) и освящена во имя праведного Иосифа Древодела, покровителя плотников. По преданию, Петр I пожертвовал в Охтинскую церковь икону из своего дворца. При церкви выстроили деревянную колокольню со стопудовым колоколом, которому завидовали даже столичные жители. В 1727 г. на другом берегу Чернавки отвели место для кладбища. Вскоре деревянная церковь Иосифа Древодела обветшала, и на средства поселян был возведен каменный трехпридельный храм, поставленный в центре кладбищенской территории. Храм был холодный, и служили в нем только в летнее время, поэтому в 1746-1748 гг. по проекту М.Г. Земцова по соседству построили теплую каменную Покровскую церковь с деревянными сводами и куполом. Рядом соорудили колокольню, весь погост обнесли железной решеткой с воротами.
 
Новое Георгиевское кладбище
Удаленное от города, высокое и сухое Охтинское кладбище вскоре привлекло внимание городских властей. В 1732 г. Синод предписал использовать его при необходимости наряду с четырьмя другими как общегородское. Во второй половине XVIII в. по Петербургу прокатились эпидемии тифа и оспы. Для больных выделяли специальные храмы, а для мертвых – специальные участки кладбищ. К концу столетия старое кладбище на Большой Охте оказалось переполнено, и 16 мая 1773 г. выше по течению Чернавки было открыто новое – Георгиевское. Кладбище при Покровской церкви официально закрыли, однако и после этого здесь иногда происходили погребения. Простоявшая сто лет церковь в 1836 г. была разобрана, и чуть западнее осенью 1844 г. был построен новый храм во имя Сошествия Св. Духа.
Новое Георгиевское кладбище сразу обрело статус городского.
Спустя два года после основания кладбища, на нем возвели каменную церковь святого Георгия Победоносца. По данным архивных источников, с 1773 по 1831 к территории кладбища было добавлено около 6 000 квадратных сажень. Хоронили ежегодно до 2,5 тыс. человек. В августе 1812 г. по соседству с Георгиевской была заложена вторая церковь, средства на которую дал петербургский купец Г.Г. Никонов. Небольшой каменный храм строился над местом семейного захоронения Никоновых и в сентябре 1814 г. был освящен во имя святого Николая Чудотворца, покровителя моряков и корабелов. Никольская церковь (1812-1814) – единственная, сохранившаяся на кладбище до настоящего времени.
Указом духовной консистории в 1832 г. на Георгиевском кладбище отвели место для захоронения «воинов, подвизавшихся во славу Отечества». Это были солдаты, умершие в Сухопутном и Морском госпиталях, Медико-хирургической академии, Мариинской больнице, градских богадельнях. Небольшой участок кладбища в достаточно дорогом 3-м разряде был выделен в 1847 г. Воспитательному обществу благородных девиц (Смольному институту). Большеохтинское кладбище росло и увеличивалось одновременно с ростом и развитием Охты, которая постепенно превращалась в оживленную городскую окраину. В южной части кладбища, по соседству с православным, был устроен большой участок для старообрядцев. Там была возведена первая в Петербурге единоверческая церковь.
В XIX веке Большеохтинское кладбище, окруженное живописными лугами, стало традиционным местом гуляний, связанных с храмовыми праздниками и родительскими субботами. В эти дни на лугу перед кладбищем вырастали торговые палатки, появлялись фокусники, музыканты, цыгане, бродячие артисты с ручными медведями. Люди пели, плясали, водили хороводы. По сохранившимся воспоминаниям в праздничные дни рядом с Большеохтинском кладбищем собиралось до тысячи человек. Кладбище между тем стало одним из наиболее крупных в городе, к концу XIX в. его площадь превышала 30 га.
К началу XX в. Большая Охта все более благоустраивается. Из далекого пригорода район превращается в оживленную фабричную окраину. В 1878 г. близ кладбища появилось монастырское подворье. В 1903-1905 гг. на средства охтинских купцов при подворье был построен каменный храм Грузинской Божией Матери (проект Н.Н. Никонова). В 1881 году на Большеохтинском кладбище началось строительство еще одного храма – церкви Казанской иконы Божией Матери. Церковь была названа в честь иконы в Казанском соборе, к которой С.П. Елисеев ежедневно приходил перед началом рабочего дня. По свидетельству современников, освященная в 1885 г. церковь отличалась великолепной акустикой и красивой внутренней отделкой.
 
История советского времени
После революции Болышеохтинское кладбище разделило судьбу многих других некрополей – появление комиссара кладбища, разрушение памятников, снос церквей. В 1926 г. была закрыта, а в 1929 году снесена Казанская церковь с семейной усыпальницей Елисеевых. В начале 1930-х гг. граница между Георгиевским и Единоверческим кладбищами окончательно исчезла. Тогда же были закрыты, а впоследствии и вовсе ликвидированы участки, прилегавшие к Елисеевской и Тарасовской богадельням (южнее современной Партизанской улицы. 21 октября 1935 г. Георгиевская церковь была закрыта и вскоре снесена.
В 1939 г. место бывшего единоверческого кладбища было отведено для захоронения бойцов, погибших в советско-финскую войну. В годы блокады на восточной окраине кладбища вблизи Салтыковской дороги были выкопаны братские могилы, где хоронили ленинградцев и бойцов, павших при защите города.
В первые послевоенные годы территория этих захоронений была благоустроена. В 1940-1970 годах захоронения на кладбище велись особенно интенсивно. К сожалению, в результате этого были уничтожены многие старинные могилы.
В 1960-х гг. на кладбище появилась вторая коммунистическая площадка. Ее устроили на новой территории, прилегающей к улице Дегтярева. В те же годы к кладбищу присоединили последние, самые дальние участки – за Салтыковской дорогой, у железнодорожного полотна. Интенсивные захоронения, продолжавшиеся до 1970-х гг., привели к тому, что немногочисленные старые могилы сохранились лишь в наиболее древней части кладбища, прилегающей к Никольской церкви.
Эпитафия на одном из памятников Большеохтинского кладбища:
Где ты, маменька? Я здесь. -
А папенька? Подалее немного.
Успокойся Аннушка -
Мы в мире суетились,
Пора нам отдохнуть.
А где твой брат теперь?
Остался в хлопотах.
 
Использованы материалы книги "Исторические кладбища Петербурга: справочник-путеводитель". / Сост.: А.В. Кобак, Ю.М. Пирютко. - СПб., 1993.
 
 

© Ассоциация предприятий похоронной отрасли Санкт-Петербурга и Северо-Западного региона